Руслан Хабибуллин: без музыки ни дня
Фигаро в «Севильском цирюльнике», Валентин в «Фаусте», Жермон в «Травиате», Генрих Айзенштайн в «Летучей мыши» - десятки образов создал на сцене нашего театра оперы и балета заслуженный артист России и Башкортостана Руслан Хабибуллин. Наша с ним беседа - о его творческом пути.
- Недавно мы опять наслаждались «Веселой вдовой» Легара, где вы блистаете в роли главного героя - графа Данило. Спектакль имеет для вас особое значение?
- Во-первых, оперетта нравится мне самому, красивая, легкая, виртуозная... Поставил спектакль Владимир Иванович Подгородницкий - режиссер из Санкт-Петербурга, а сам он родом из Одессы. Мне было интересно с ним работать. Это была третья постановка оперетты в нашем театре.
- Каков ваш граф Данило?
- Человек, который любит, в его душе осталась боль прошлых чувств: волею судьбы он расстался с любимой, но по-прежнему думает о ней и понимает, что брак с Ганной неравный. Но, когда в финале она заявляет, что, если выйдет замуж, то лишится всех своих миллионов (пошла на женскую хитрость), он тут же признается ей в любви. И мы в финале видим счастливую пару... Замечательный спектакль, где и великолепная музыка, и искрометные комичные диалоги, и красивые сцены. Ганну играет Олеся Хуснутдинова, мы в этой постановке практически с первого спектакля, есть понимание партнера по сцене с полуслова, что очень важно для успеха каждого спектакля.
- У вас много интересных ролей - Эдвин в «Сильве», Белькоре в «Любовном напитке», Онегин, Акмулла, Папагено в «Волшебной флейте». Есть особо любимые образы?
- Да, Мезгирь в «Снегурочке», в нем есть и страсть, и жертвенность, с удовольствием пою Эдвина в «Сильве» и Фауста, образ которого нравится за то, что в нем сочетаются качества воина и философа. Кроме того, участвую в детских спектаклях «Хрустальная туфелька», «Кошкин дом»... В таких постановках нужно быть очень искренним, потому что юный зритель предельно чуткий и внимательный. Есть у меня не главные роли, но интересные, запоминающиеся. В 2023 году наш театр на исторической сцене Большого театра Москвы представил спектакль Римского-Корсакова «Садко». Я исполнил в нем роль Калика перехожего. Спектакль яркий, сложный в сценарном плане, динамичный, с необычными, сказочными декорациями, и все актеры в постановке не просто поют, а проживают все, что происходит в былине.
- Расскажите, как пришли к тому, чтобы стать оперным певцом?
- Детство и юность мои прошли в Караидельском районе, в селе Магинск. Я из обычной сельской семьи, но отец, Амин Нигматович, имел красивый голос, всегда при случае пел, и все, кто слушал его, говорили: «Амин, почему ты не пошел в филармонию?»
- Действительно, почему?
- В послевоенные годы надо было поднимать семью. Бабушка, мать моего отца, растила одна семерых детей… И вопрос о сцене в той среде тогда не возникал. Когда я стал учиться в Уфе, понял, что отец мог бы стать певцом.
- Когда сами начали петь?
- Со школьных лет участвовал в концертах, и учителя стали обращать внимание на мои вокальные данные. Помню, как в 9-м классе исполнил на одном из таких концертов песню «Мамины глаза» композитора Евгения Мартынова. В старших классах, когда все сверстники начали задаваться вопросом, где учиться дальше, кем стать, задумался об этом и я. И, конечно, возникла мысль стать певцом, мне хотелось именно петь, а еще понял, что не могу прожить без песни ни дня.
- А как родители отнеслись к вашему желанию? Поддержали?
- Для родителей мой выбор стал неожиданностью. Потом отец, подумав, сказал: «Давай съездим в Уфу, покажемся специалисту, как он скажет, так и будет». Я этому решению обрадовался, так как был уверен в своих силах. Таким образом я познакомился с Миляушой Галеевной Муртазиной. Так как у меня не было музыкальной грамоты, она предложила поступить в училище искусств. Я поступил и волею судьбы учился именно у Миляуши Галеевны. А когда мне исполнилось 18, ушел в ряды Советской армии. Служба проходила в Прибалтике, в ансамбле песни и пляски Прибалтийского пограничного округа, где я был солистом. Теплые воспоминания оставила Рига и многие старинные города, впервые услышал органную музыку, с восторгом слушал Баха. После службы вернулся в Уфу, закончил училище и поступил в институт искусств.
- Как проходили годы учебы?
- Мне повезло, учился у замечательных преподавателей, в классе доцента Лилии Ахметовны Каримовой. В институте преподавал режиссер из нашего театра Рифгат Абдуллович Валиуллин, а в оперном классе - Рустэм Нариманович Сабитов, была прекрасный концертмейстер Гульшат Мунировна Зайнутдинова (Каримова). Словом, была очень хорошая творческая команда и атмосфера, и мы вышли из стен института уже готовыми артистами. Каждый педагог хочет, чтобы его ученики прониклись его мыслями, идеями, и наши преподаватели смогли нас по-настоящему увлечь оперным искусством!
- Помните свои первые партии в театре?
- Я учился на 5-м курсе и в первый раз вышел на сцену оперного театра на концерте в честь памяти Хусаина Ахметова - исполнил песню «Черный ворон», концертмейстером была Людмила Коломоец. А вскоре началась подготовка к постановке «Салавата Юлаева» Загира Исмагилова, в которой я исполнил роль Пугачева, так в 1994 году состоялся мой дебют в оперном спектакле. Постановка получилась масштабной. С нами работала известная балерина Тамара Худайбердина, учила нас сценодвижению. «Салават Юлаев» стал моим первым большим спектаклем.
- Как пришли к оперетте?
- Первой опереттой в моем творчестве была «Летучая мышь» Иоганна Штрауса. В этом спектакле я исполнял роль Генриха Айзенштайна и князя Орловского. Второй опереттой стала «Сильва» Имре Кальмана, где исполнил роль Эдвина. Помню, какой замечательный квартет мы составили в «Сильве», с каким упоением пели и танцевали! Следующей опереттой стала «Веселая вдова» Легара. С той поры я с удовольствием пою не только в операх, но и в опереттах.
- Доводилось ли петь в других театрах?
- Да, часто выезжал с театром на гастроли. Помню театр «Аспендос» в Турции под открытым небом, сделанный по образу древнеримского, приходилось петь в театрах Португалии и Испании.
- Сложно ли певцу адаптироваться к новому залу?
- Прекрасно, если концертный зал спроектирован так, чтобы тебя везде было слышно. Важно ведь не децибелы демонстрировать, а свой голос. Я помню, как в молодости довелось петь в великолепном Дворце культуры и спорта имени Ленина в Таллине, где зал спроектирован как амфитеатр. Прекрасный был концерт, выступали известные певцы и звезды эстрады. Прекрасный в плане акустики был зал в Рижском доме офицеров.
- Вы уже 32 года поете в нашем театре, в чем находите вдохновение?
- Не зря говорят, что опера - синтетический вид искусства, объединяющий в едином театральном действии драматургию, музыку, изобразительное искусство (декорации, костюмы), хореографию (балет). Здесь воодушевляет все. Взять, к примеру, недавнюю постановку «Садко», где художники создали настолько великолепные декорации, которые просто не могли не настроить нас, артистов, на самую высокую планку. И, конечно, в первую очередь вдохновляет сам момент перевоплощения: ты окунаешься в другую реальность, выходишь на сцену, и рампа отгораживает тебя от обычной жизни, и остается только быть единым организмом со всей труппой. А все начинается уже с грима. Хочу в этом плане вспомнить нашу легендарную заведующую гримерно-постижерным цехом, заслуженного работника культуры РСФСР и БАССР Валентину Андреевну Клепцову, которая прожила долгую жизнь. Ей доводилось гримировать Лемешева, Георга Отса, Евгению Мирошниченко, Юрия Мазурка, когда они здесь бывали. Через таких людей театра ты чувствуешь связь поколений. Она своим мастерством могла даже поменять природный цвет глаз! Могла так искусно нанести тень, что радужка глаз отсвечивала голубым цветом. Помню, в рецензии на спектакль «Салават Юлаев» было написано: «У Руслана Хабибуллина - образ настоящего русского голубоглазого Пугачева!». А я - от рождения кареглазый. И вот с момента гримирования ты меняешься, входишь в образ, и у тебя уже и осанка другая. Пример приведу, как перевоплощаюсь в спектакле «Дон Паскуале»: надеваешь парик, клеишь усы… И ты уже - хитроумный выдумщик, делец, доктор Малатеста. Вообще нравятся музыкальные произведения Доницетти - красивые, легкие… С удовольствием пел и играл в этой постановке.
- Есть у вас театральная мечта?
- В Риге я был приятно удивлен тем, что там есть отдельный театр оперетты. И уже тогда мне подумалось, как было бы здорово, если и в Уфе появился такой же. Эта мечта греет меня до сих пор.
- В этом году вы отметили юбилей, что пожелали бы себе?
- Вдохновения! Ради этого на сцену и выходят, чтобы образ, который ты создаешь, тронул сердце зрителя. Хочется, чтобы театр добавлял в жизнь красок и душевного богатства, для чего артистам нужно неустанно совершенствоваться.
Лилия ЗИМИНА
